Розыгрыш призов от газеты оказался отличным поводом для знакомства с потрясающими людьми, живущими в Теплом и в районе. Так родились сразу несколько интересных рассказов о судьбах.
Первой приятной встречей на пути раздачи призов оказалось знакомство с удивительной женщиной.
«Проходите, проходите, я всегда объясняю, что живу в доме за магазином и клубом, но многие проезжают дальше. Даже скорая иногда».
Валентине Михайловне Осиповой 91 год. Но внимательный и острый взгляд, грамотная речь, отличная память и осведомленность обо всем происходящем не дают поверить в столь почтенный возраст. Первое, о чем хочется ее попросить, — это рассказать о жизни. И Валентина Михайловна рассказывает. Не путаясь ни в одной из дат, ловко складывая периоды своей жизни и рассказывая о членах семьи и знакомых.
«Я родом из Плёс, знаете Плёсы? У нас Упа только-только начинается. Я всё детство на речке провела. В семье нас трое было, я – старшая. Только нет уже ни братика, ни сестры…»
Воображение рисует деревню на пригорке, а побоку от нее – широкую речку, которую сегодня затянули поросль и тина. А когда-то жизнь в этом красивом месте кипела.
Валентина, тогда еще Боровикова, окончила 7-летку и пошла устраиваться на работу в совхоз «Тепло-Огаревский». 15-летнюю девчонку приняли разнорабочей.
«Мой отец всю Великую Отечественную прошел, а после нее воевал в Японии. Рассказывал, что где-то под Смоленском его тяжело ранило и засыпало землей, заживо похоронив на поле боя. Он выжил, он выбрался. Ранений и помимо этого у него было много. Он после войны всего два года прожил. И мать осталась одна с нами тремя.
В войну мне уже 7 лет было. Немцы пришли в деревню в конце октября и толкли нас, всё время нас давили, загоняя в подвалы, в сараи. Мы старались сидеть тихо и не высовываться. Комсомольцев немцы расстреливали первыми. Безжалостно убивали учителей. Пулеметными очередями немцы секли крыши домов. И даже когда наши прогнали врага, много боли терпел народ, подрываясь на минах и бомбах.
Деревню от немцев освобождали сибиряки. Мне казалось, шли они со стороны Богородицка. Они казались какими-то неземными – в меховых шубах, шапках, теплых валенках. Солдаты из наших мест уходили на фронт в обмотках, а внешний вид сибиряков в моей памяти застыл образом солдат-освободителей.
Мой дед вынес навстречу сибирякам два больших каравая хлеба и мешок махорки. Солдаты, не останавливаясь, приняли на ходу угощение деда и строем двинулись дальше. Война у нас всё на свете отняла. Я прожила долгую жизнь и знаю, что нет ничего страшнее, когда в дом приходит враг. Сегодня мы снова в опасности, и я только одного прошу уже не для себя – для внуков, правнуков, - чтобы в наши дома враг не пришел».
Война отняла всё… И жизнь человеку дана длинная, а много ли радости увидела она в ней? Свое счастье, свою долю она познала в труде и в семье, которая всю жизнь служила крепкой опорой.
На дворе – 1951 год. Послевоенную жизнь в совхозах и колхозах восстанавливают женщины и подростки. Юную, но смышленую Валентину совхоз отправляет учиться на шофера. Она блестяще прошла обучение и сдала экзамены без ошибок с первого раза. Некоторые мужчины экзамен не выдержали, а она сдала. От руководства шоферских курсов она получила похвальный лист и предложение остаться работать инструктором.
«Окрыленная, обрадованная я приехала домой. В совхозе объяснили: мы за твою учебу деньги платили – или возвращай деньги за курсы, или отрабатывай положенный срок шофером. Мать сказала, где я тебе такие деньги возьму, без отца одна вас тяну… Так решение нашлось само собой – никуда я от своих не поехала, два года работала шофером в совхозе на «полуторке».
А через два года приспела новая учеба – Валентину отправляют учиться на комбайнера. Следующие семь лет она без устали наравне с мужчинами будет убирать совхозный хлеб. Шофер, механизатор, комбайнер – слова, несклоняемые под женский род, много лет были ее профессией, в которой случались лишь перерывы на сон, а уж о более продолжительном отдыхе или молодежных гуляниях и думать не приходилось.
«У нас по линии отца все родные – грамотные. Их в семье семеро было. Один брат погиб в Японии, офицер в звании майора. Дядя Коля – Николай Иванович Боровиков – был личным шофером Брежнева, жил и работал в Москве. Сергей Иванович работал бухгалтером. Ольга Ивановна была портнихой, тоже уважаемая профессия в былые годы. Они сиротами росли, а сами в люди выбились. Да, и что я еще сказать хочу: они родителей уважали, и мы боялись мать. По-хорошему боялись – слово родительское было законом».
К Вале судьба оказалась строгой – так со всеми старшими бывает. «Зато брат в руководители вышел - мой Николай Михайлович Боровиков был председателем».
В 1959-м Валентина вышла замуж и переехала в поселок Мичуринский. Только к 25-ти годам обзавелась своей семьей, поздно по былым меркам – подумать о себе не позволяла работа. В «Садоводе» ее задачей на целых 18 лет стала окулировка – прививка плодовых деревьев одиночной почкой (глазком), взятой от черенка культурного сорта. Труд тяжкий, каторжный. Добиваясь высоких результатов, Валентина Осипова вышла в бригадиры, а позже стала старшей на участке холодильных установок. Приемка, хранение, взвешивание, отправка – весь урожай яблок, смородины, вишни проходил через ее ответственные руки. А рукам этим уже требовался отдых…
«В 89-м после 40 лет работы в полях и садах я вышла на пенсию. Но попросили работать и дальше хотя бы из дома. Мне привозили рулоны мешковины, а я шила рукавицы для рабочих, сумки и мешки для фруктов».
Счастливой оказалась и семейная жизнь – вместе с мужем они разделили 36 благополучных лет, родили трех дочек и сына. Сегодня у Валентины Михайловны 4 внуков и 5 правнуков. Каждый день она часами разгадывает кроссворды, знает в районе едва ли не всех людей и ее все знают. И уважают бесконечно.
«Хочу попросить молодых людей не тратить жизнь понапрасну. Мы жили в холоде, когда печку топить было нечем, а хлеб пекли из семян лебеды и перемолотой мерзлой картошки. Я, было, чуть не увязла в осенней грязи, когда собирала эти гнилые картофелины по полю. У вас сегодня есть всё – пользуйтесь теми возможностями, которые дает жизнь. Она ведь у нас одна».
На фоне этого разговора подарок в руках Валентины Михайловны – бокалы для игристого – выглядит мелко, слишком скромно. Спасибо Вам, дорогая, за Ваш труд, за этот рассказ, и пусть он станет уроком для тех, у кого впереди вся жизнь.
Людмила Гришина
«Я всегда любила работу и люблю. Спросишь у деток: «Наелись, ребятки, хорошо?» Ответят на разные голос: «Вкусно!», «Спасибо!», и на сердце тепло. Конечно, и без их ответов понятно, удался обед или не всем по вкусу пришелся – об этом расскажут пустые кастрюли, подносы, чайники. Мне больше ничего не нужно – только бы посуда, принесенная из групп, была пустой!»
Тридцать лет назад Любовь Гришина и подумать не могла, что деревня Большое Минино станет для нее домом, а односельчане – семьей.
Не успеешь до конца распахнуть дверь детского сада, как навстречу вырывается теплый аромат молочной каши. Особо привередливые малыши воротят нос. Они еще не знают, что через несколько лет будут сильно скучать по этой каше, по гороховому супу и запеканке.
MAX